Джо Савар о клиентских машинах в Формуле 1

0

В недавнем интервью чемпион 1978 года Марио Андретти заявил, что команда его сына Майкла Andretti Autosport, выступающая в NASCAR и IndyCar, пришла бы в Формулу 1, если бы им было разрешено выступать на клиентских машинах. Британский журналист Джо Савар рассказал, почему подобный сценарий недопустим.

В последнее время ходит много разговоров о том, что Andretti Autosport была бы рада прийти в Формулу 1, если бы правила позволяли использовать клиентские машины. Слова Марио стали аргументом для сторонников этой идеи, так как они полагают, что таким образом Формула 1 сможет привлечь американцев.

Однако внешний блеск этой идеи обманчив, а аргументация ошибочна. Формула 1 — это мир совершенства. Это противостояние лучших в мире против лучших в мире. Если самую успешную машину можно будет купить, конкуренция девальвируется и будет привлекать меньшее внимание публики. Статус лучшего из лучших нужно заработать, и позволять новичкам с деньгами посягать на команды, которые десятилетиями сражались, чтобы добиться успеха, попросту несправедливо, поможет это маркетингу спорта или нет.

Представьте себе ситуацию, когда четырём лучшим командам разрешено продавать по две машины клиентам. Если больше — то катастрофа произойдёт ещё быстрее. IndyCar уже пошел по этому пути и в итоге потерпел неудачу. Поначалу в CART было множество конкурирующих шасси: Chaparral, Penske, Longhorn, Wildcat, Coyote, McLaren, Eagle, March и Lola. В течение нескольких лет открытой конкуренции количество поставщиков машин сократилось до двух, так как небольшие команды не могли соперничать с крупными компаниями. И в конце концов всё закончилось единым для всех поставщиком.

Формула 1 всегда была чемпионатом конструкторов — это её отличительная черта, — а появление клиентских шасси будет означать, что нижней половине пелотона придётся выбирать, стоит ли им и дальше пытаться подняться вверх по лестнице, или просто взять и купить успех. Поступив таким образом, они становятся зависимыми от топ-команд. Выбор был бы небольшим, потому что как только такие новички, как Andretti, появятся, число небольших команд сильно сократится. И когда четыре топ-команды продают четырём другим лучшие шасси, то пятая команда-конструктор, которая сейчас борется за попадание в десятку на финише, вдруг превратится в девятую, и ей придётся сражаться за 17-е место в лучшем случае. Это повлияет на способность зарабатывать очки, а как следствие — и деньги.

Но на самом деле, всё будет ещё хуже, ведь топ-команды всегда защищают интересы своего бренда, и чтобы гарантировать, что их клиенты действуют наилучшим образом, они будут принимать всё более и более активное участие в их деятельности. Так что восемь команд с двумя машинами у каждой быстро превратятся в четыре команды с четырьмя машинами. Подобная ситуация вызовет два серьёзных следствия: сила топ-команд возрастёт, что опасно для промоутеров чемпионата и уничтожит маленькие команды. В то же время, это разрушит производственную базу Формулы 1, так как если однажды пара больших команд решит уйти, чемпионат потеряет сразу восемь машин.

Для Формулы 1 гораздо лучше иметь 11 независимых команд. Не все они могут быть конкурентоспособны, но у всех свои амбиции, все хотят преуспеть, а не соглашаться на статус клиента. Лучший способ усилить пелотон состоит в том, чтобы сократить нелепые расходы на ненужные элементы, и в то же время добиться, чтобы деньги, которые зарабатывает спорт, оставались в нём, а не уходили к безликим финансистам, которые живут только сегодняшним днём.

Чемпионат Формулы 1 всегда был жёстким, если Andretti Autosport хочет принять участие, команда должна быть готова идти по тому же пути, по которому прошли и остальные, завоевать своё место в этом спорте, доказав, что она способна соперничать с лучшими.

4,2/5 Рейтинг (6 Проголосовало)